“Какой у нас план на игру, коллеги?” — спросил я, войдя в спикерскую, где уже собрались участники нашей секции.
“Как обычно” – ответил мне кто-то скучным голосом: “Прочитаем доклады. Ответим на вопросы, если они будут. И разойдёмся”.
Так начиналась секция «Социологический взгляд на разработку “человечного” ИИ для здравоохранения» на VII форуме «Социология здоровья: человечность и технологии — формула доверия».
Мы попили чаю. Послушали странные истории о синтетических респондентах. Кто-то смешно их резюмировал – «Синтетические врачи будут лечить синтетических пациентов от синтетических болезней». И мы пошли в зал, чтобы нести свет знания людям.
Послушав первого спикера, который выступал в записи и читал по бумажке, и нёс что-то вроде «Важно понимать, что искусственный интеллект не так прост, как он может показаться», я задался очень важным для меня вопросом: «Предусмотрена ли в программе конференции драка спикеров?» Я бы с радостью поучаствовал в таком мероприятии.
Когда люди говорят “Важно понимать…”, моя рука тянется к пистолету!
Второй выступающий начал со слов, что его пригласили, чтобы он навёл порядок в умах, и помог бы отличить знание от информационного шума. Я не выдержал и поддержал его вопросом: «Как тот, что мы только что услышали в первом докладе?»
Кажется, моя реплика понравилась всем, кроме модератора. Мой сосед тихо рассмеялся. А модератор нахмурил брови.
Дальше были не связанные между собой выступления. И что больше всего расстраивало — большая часть из них не имела к медицине никакого отношения.
Одна девушка рассуждала об этике искусственного интеллекта. Мне хотелось спросить её: а по какой этике мы хотим, чтобы работал ИИ — мусульманской, православной, буддийской? И почему от ИИ мы требуем того, чего не требуем от других людей, которые врут, забывают и галлюцинируют?
Когда объявили выступление моего соседа, я, услышав, что он медик, негромко, но заметно, произнёс: «УРА!!!» Сосед благодарно улыбнулся.
Я выступал последним в секции. И поскольку стесняться мне было нечего, я решил говорить с привычной для меня страстью:
«Я так люблю быть последним, потому что последние слова лучше запоминаются. Значит, у вас в памяти останется то, что я сейчас скажу».
Моя миссия — позаботиться о враче, чтобы у него было больше сил позаботиться о пациентах. Его внимание — ценнейший ресурс, который бесчеловечно тратить на внесение данных в медицинскую систему, когда перед ним сидит пациент, так долго ожидавший этого приёма.
Я хочу, чтобы ИИ стал ассистентом врача, а не его заменой. И своей работой продлил заботу врача о пациенте: опросил пациента до приёма, записал беседу и назначения во время приёма, проследил после приёма состояние пациента, напомнил о назначениях врача, и пообщался с родственниками пациента, которым зачастую тоже нужна поддержка.
После секции меня сначала схватила за руку медсестра, которая учится на психолога. Мы проговорили с ней о её работе — она много общается с пациентами и родственниками. Старается рефлексировать свой опыт при помощи ИИ, чтобы не забыть никого, чтобы самой чувствовать, что она делает. Умничка!
А после меня поймали две девушки из Екатеринбурга. Они занимаются образованием врачей. Они спрашивали, стоит ли им рассказывать о том, что я только что говорил. Вдруг уже есть какая-то система, которую можно внедрить в работу уральских врачей.
Мы долго говорили, и в конце они попросили меня сфотографироваться с ними. Пока мы позировали, официанты попытались убрать мой недопитый картонный стаканчик кофе. Этого я стерпеть уже не мог. Пришлось прервать фотосессию во спасение последнего глотка кофе.
Когда я добрался до спикерской, с которой всё началось, в ней никого не было.
Ниже можно прочитать, что именно я говорил в своём выступлении.
Человекоориентированный ИИ в здравоохранении: новая организация работы с пациентами
Моя миссия
Я психолог. Уже 28 лет занимаюсь тем, что в СССР называлось инженерной психологией — “очеловечиванием” технологий. Моя задача — сделать так, чтобы технологии служили на благо человека.
Два года я был советником министра связи и массовых коммуникаций. Наша команда заложила новую парадигму федерального портала госуслуг — того самого, которым теперь гордятся россияне. Мы смогли превратить бюрократический кошмар в удобный сервис.
Несколько лет назад мне лично выпала возможность исследовать данные 156 тысячи российских врачей для Сеченовского института, чтобы повысить эффективность их непрерывного медицинского образования. За время работы мы с моей командой сделали много проектов по улучшению взаимодействия пациентов платной медицины.
Поэтому я могу судить о том, как новые технологии — в частности, искусственный интеллект — могут повысить человечность оказания медицинской помощи населению. Не заменить врача (о чем мечтают технологи), а дать врачу возможность быть более человечным для максимизации врачебного эффекта.
И моя миссия сегодня очень ясная: я хочу позаботиться о враче, чтобы у него было больше сил на то, чтобы позаботиться о пациентах.
Технологии или человечность?
Когда мы говорим о внедрении искусственного интеллекта в здравоохранение, первое, что приходит на ум — это технологический прорыв. Точность алгоритмов, скорость обработки данных, распознавание образов, прогнозирование рисков. Всё это важно, и я не отрицаю ценность технологий.
Но за 28 лет работы в области пользовательского опыта я понял и продвигаю важную мысль: успех любой технологии определяется не тем, насколько она умная, а тем, насколько она улучшает взаимодействие между людьми.
В случае медицины ключевой вопрос не “Насколько точен алгоритм?”, а “Как это изменит отношения между врачом и пациентом?”
Моя позиция
ИИ в здравоохранении — это не инструмент автоматизации медицины. Это инструмент перераспределения человеческого внимания.
Не лечить вместо врача, а позволить врачу уделить больше внимания человеку.
Передать технологиям всё то, что отвлекает от главного — от контакта с пациентом. И продлить это внимание за пределы кабинета врача — туда, где пациент остаётся один на один со своей болезнью.
Самая большая ценность — внимание
Основной дефицит современной медицины — это не технологии и не знания. Это время и внимание.
Представьте себе врача поликлиники. У него на приём одного пациента — от 7 до 12 минут. За это время он должен: выслушать жалобы, задать уточняющие вопросы, провести осмотр, поставить предварительный диагноз, назначить лечение или дополнительные обследования. И всё это записать в электронную медицинскую карту.
Но вот парадокс: большая часть этого времени уходит не на диагностику, не на общение с пациентом, а на заполнение документации. Врач сидит лицом к экрану компьютера, а не лицом к пациенту.
При этом пациент формулирует свои жалобы эмоционально и бессистемно. Это нормально — он не медик, он просто человек, которому плохо. Но врач вынужден одновременно слушать этот сбивчивый рассказ, задавать вопросы, вносить данные в медицинскую систему и быстро принимать решение.
Последствия дефицита внимания
К чему это приводит?
-
Снижается качество контакта с пациентом.
-
Происходит утрата эмпатии — я слышал от врачей диагностическую фразу: “Пациент — это субстрат для бактерий и микробов”.
-
Нарастает эмоциональное выгорание, дегуманизация пациентов.
-
Растёт неудовлетворённость пациентов государственной медициной.
Вот здесь и нужен ИИ — не как замена врача, а как инструмент, который вернёт врачу время и внимание для пациента.
Где «человечный ИИ» важнее?
В разных типах медицинской практики существует разная когнитивная и эмоциональная нагрузка на врача. И, соответственно, разная потребность в поддержке ИИ.
Это не моя фантазия — это результаты нашего исследования для Сеченовского института, где мы изучали врачей с точки зрения их непрерывного профессионального развития.
Максимальный дефицит времени и внимания
Врачи поликлиник. У них высокая плотность приёмов, жёсткий дефицит времени, и они физически не могут обучаться в рабочее время. Они работают в потоке.
Врачи скорой помощи. У них хаотичная нагрузка, низкий уровень контроля над ситуацией. Они не знают, что их ждёт в следующем вызове.
Больше времени на анализ
Врачи стационаров и реанимации — у них есть возможность изучать данные, анализировать сложные случаи, работать в команде.
Врачи-исследователи — для них непрерывное профессиональное развитие это сама суть их работы.
Именно первые две группы — те, кто испытывает максимальный дефицит времени и внимания — выигрывают от ИИ больше всего. ИИ здесь выполняет роль инструмента снижения когнитивной нагрузки.
Это не значит, что остальным врачам ИИ не нужен. Но приоритет — именно здесь.
Три этапа работы с пациентом
Когда мы думаем о том, как улучшить взаимодействие врача и пациента, мы обычно фокусируемся только на самом приёме — на тех 7-12 минутах, когда они находятся в одном кабинете.
Это ошибка. Потому что тогда мы пытаемся впихнуть всё в эти крошечные 10 минут. Так ничего не получится. Нам нужно найти где-то дополнительное время.
Я предлагаю смотреть шире – на то, что происходит ДО приёма и что происходит ПОСЛЕ. Потому что именно здесь скрыты дополнительные ресурсы.
Если мы правильно подготовим контакт до приёма — структурируем жалобы пациента, соберём анамнез заранее — то сам приём станет гораздо эффективнее. Врачу не придётся тратить половину времени на выяснение базовых вещей.
А если мы продолжим взаимодействие после приёма – будем сопровождать пациента в период лечения, собирать данные о динамике – то врач сможет вовремя корректировать терапию, не дожидаясь, когда пациент снова придёт или попадёт в больницу с осложнением.
И на каждом из этих этапов ИИ может взять на себя рутину, внести системность, освобождая ресурсы врача для того, что действительно важно – для человеческого контакта и профессионального решения.
Этап 1: До приёма
Представьте: пациент записался на приём к врачу. До визита ещё несколько дней. Что обычно происходит? Ничего.
Пациент приходит, и только тогда врач начинает собирать анамнез с нуля.
Что может делать ИИ
А что, если ещё до приёма искусственный интеллект проведёт предварительный сбор жалоб? В голосовом или текстовом формате — как удобнее пациенту.
Пациент рассказывает о своих симптомах обычным человеческим языком. “У меня болит голова, особенно по утрам, и ещё иногда кружится, когда встаю…”. ИИ слушает, задаёт уточняющие вопросы, структурирует эту информацию.
Затем ИИ формирует краткое резюме посещения и автоматически сопоставляет данные с клиническими протоколами. Не ставит диагноз — это работа врача. Но подсвечивает важное, выявляет красные флаги.
Результат
Что получается? Приём начинается не с хаотичного рассказа “у меня всё болит”, а с фокусированного обсуждения. Врач уже знает основную информацию и может сразу перейти к уточняющим вопросам, осмотру, принятию решения.
Врач освобождён от сбора анамнеза, он может уточнить его, задать проверочные вопросы, и перейти к диагностике.
Этап 2: Во время приёма
А теперь — самое важное. Что происходит во время самого приёма?
Что может делать ИИ
ИИ может транскрибировать и структурировать разговор врача и пациента в реальном времени. Во время беседы врач не отвлекается на печать. Система автоматически формирует запись визита, выделяет ключевые данные — симптомы, даты, указания на риск-факторы — и заносит их в медкарту.
Звучит просто. Но это меняет всё.
Результат
Потому что теперь врач может смотреть в глаза пациенту, а не в экран компьютера. Он может читать невербальные сигналы — как пациент двигается, как говорит, как реагирует на вопросы. Он может установить контакт.
Когда я разговаривал с врачами в рамках нашего исследования, мне признавались: “Я чувствую себя машинисткой. Я не смотрю на пациента, я смотрю в компьютер”.
ИИ может вернуть врачу возможность быть врачом, а не оператором ввода данных.
Во многих видах работы ИИ становится вторым пилотом. Мне кажется, здесь такая метафора более чем уместна.
Этап 3: После приёма
И третий этап — после приёма. Обычно здесь взаимодействие врача и пациента заканчивается. Пациент выходит из кабинета с рецептом — и дальше он сам по себе.
Но ведь именно после приёма начинается самое важное: лечение, восстановление, изменение образа жизни. И здесь пациент часто остаётся один на один со своими страхами, сомнениями, забывчивостью.
Что может делать ИИ
ИИ может сопровождать пациента в период восстановления. Напоминать о назначения, собирать данные о самочувствии. Фиксировать динамику симптомов в электронном дневнике.
И самое главное: при появлении тревожных сигналов система может уведомить врача.
Результат
Что это даёт? Внимание к пациенту продолжается после выхода из кабинета. Пациент чувствует, что он не брошен, что система заботится о нём. А врач получает возможность вовремя вмешаться — не когда пациент уже попал в реанимацию, а на ранней стадии ухудшения.
Работа с родственниками
Из-за недостатка времени на выступлении я не смог раскрыть ещё одну важную задачу, которую ИИ может взять на себя. Но я хотя бы её отмечу – работа с родственниками пациента.
Родственники часто нуждаются в информации, поддержке, разъяснениях. ИИ может взять на себя эту коммуникацию, освобождая врача от повторяющихся разговоров, но обеспечивая семью пациента необходимой информацией и поддержкой.
Социологический эффект
Теперь давайте поднимемся на уровень выше и посмотрим на социологические эффекты такой организации работы.
Для пациента
ИИ создаёт новый тип отношения с системой здравоохранения. Это не просто “сходил к врачу и забыл”. Это ощущение постоянной вовлечённости, ощущение, что система внимательна к твоему состоянию. Что ты не один.
Для врача
ИИ снимает очень важный психологический барьер — страх быть заменённым. Когда мы говорим об автоматизации, врачи часто воспринимают это как угрозу: “Значит, я буду не нужен?”.
Но здесь роль ИИ совершенно другая — расширять человеческое внимание, а не подменять профессиональное решение. ИИ не принимает решений о диагнозе и лечении. Он просто даёт врачу больше времени быть врачом.
Для государства
А для государства это означает конкретные измеримые эффекты:
-
Снижение нагрузки на систему здравоохранения за счёт профилактики осложнений
-
Повышение эффективности использования ресурсов врачебного времени — того самого дефицитного ресурса
-
Улучшение показателей удовлетворённости пациентов государственной медициной
-
Снижение количества врачебных ошибок и связанных с ними издержек
Это не просто технология. Это новая социальная организация здравоохранения.
Гуманистическая ценность ИИ
Человекоориентированный искусственный интеллект в здравоохранении — это не просто автоматизация медицины. Это не попытка заменить врача алгоритмом.
Это новая организация взаимодействия, в которой:
-
Врач получает время для пациента — не 7-12 минут в режиме цейтнота, а возможность полноценного контакта
-
Пациент получает внимание врача — не формальное “следующий”, а человеческое участие
-
ИИ берёт на себя рутину, структурирование данных и непрерывный мониторинг — то, что машины делают лучше людей
Главный вывод
Ценность ИИ не в том, что он “умный”.
Ценность в том, что он позволяет быть человечным.
Врачу — быть врачом, а не оператором ввода данных. Пациенту — быть услышанным, а не обработанным. Системе здравоохранения — заботиться, а не только лечить.
*Дмитрий Сатин Генеральный директор UsabilityLab *